Передо мной простирался лес, густой, зелёный, едва шепчущий листвой под лёгким тёплым ветерком. Он совсем не выглядел зловещим. Наоборот, под яркими солнечными лучами вся эта растительность словно манила под свои своды, обещая приятную тень и прохладу.

"Болотница"
Татьяна Мастрюкова

Те дома, которых покинули хозяева, казались какими-то приземистыми, будто сутулыми, и толстые брёвна, из которых они были сложены, выглядели слишком тёмными, будто горелыми, не смотря на густую зелень, со всех сторон обступившую их. Хотя все окна были целы, яркая краска, жёлтая и голубая, которой были выкрашены наличники и карнизы, ещё не сильно выцвела. На крыше большинства домов торчала печная труба. Мне показалось, что этим домам больше ста лет.
Яблони и черёмуха в садах словно согнулись от времени, как старушки, дорожки заросли травой, вьюном и одуванчиками, скамейки у забора рассохлись и покосились, краска на них облезла. Заброшенные огороды поросли крапивой.
На одном из домов красовалась обрамлённая плющом ржавая табличка ещё советских времён «Дом образцового содержания». У этого дома был даже резной фасад, правда, уже изрядно подпорченный древоточцами.
"Болотница"
Татьяна Мастрюкова
John Kenn Mortensen
«Возможно, если бы мои родители не тронули колодец, нам бы вообще удалось бы избежать всей этой истории, о которой даже не расскажешь, чтобы тебя не сочли за сумасшедшего.
Да что теперь говорить в сослагательном наклонении, когда всё уже произошло.
»


Болотница
Татьяна Мастрюкова
John Kenn Mortensen
«Это была молодая девушка с распущенными по плечам грязными тёмно-русыми волосами. Казалось, она что-то рассматривает у себя под ногами, и совсем не замечает меня. Ещё один порыв ветра донёс до меня её едва слышные причитания.
– Ой, да что же мне делать? Как же быть? Горюшко-то какое…
Похоже, девушка что-то потеряла в болотной жиже, что-то важное.
»


Болотница
Татьяна Мастрюкова
Jana Heidersdorf. Banshee.
Из дневника Лоскатухина:
«Ребята из Зелёново собирали ягоду, и видали, будто Зинаида сидит на чарусе. Совсем уже плоха, вся опухлая, утопленница. А потом повернулась и будто опять хороша. Манила их, плакала, ласково звала. Всё бросили, убёгли.»


Болотница
Татьяна Мастрюкова
John Kenn Mortensen
«Позади меня стояла моя мама.
Ноги грязные, в ссадинах. Тапочки она потеряла. Лак на ногтях облупился. Это первое, что я увидела.
И только потом посмотрела ей в глаза. Знакомые мамины глаза, разве что какие-то ошалевшие, будто от недосыпа. Часто моргающие. В уголке правого глаза набухла и скатилась по испачканной щеке слеза, оставляя светлую дорожку.
Она стояла растерянная, как не до конца проснувшаяся. Такая живая в своём дурацком грязном сарафане с оторванными карманами, сжимая и разжимая бессильно повисшие вдоль боков руки.
»


Болотница
Татьяна Мастрюкова
Стояла тишина. Только ветер вдруг налетел на верхушки деревьев, и они стали гнуться, стонать почти человеческими голосами.
По спине пробежал озноб, и кожу на затылке под волосами будто стянуло ледяными пальцами. Где-то в глубине леса послышался тихий треск, и снова всё стихло.
Мне казалось, что стоит мне только чуть-чуть оглянуться, даже просто скосить глаза в сторону, как прямо рядом с собой я увижу чью-то фигуру, которая протягивает ко мне руки…
Она стояла растерянная, как не до конца проснувшаяся. Такая живая в своём дурацком грязном сарафане с оторванными карманами, сжимая и разжимая бессильно повисшие вдоль боков руки.
»


Болотница
Татьяна Мастрюкова