По следам Болотницы

Posted on 6th Январь 2019 in Болотница, Истории, Новости

В канун Рождества принято рассказывать истории, которые с одной стороны устрашают, а с другой — леденят.
Обычно они происходят зимой, но моя история летняя.

Это было в те времена, когда моему племяннику было года четыре, а я, его тётя, как раз вступила в подростковый возраст. Я бешено читала всё подряд, а вечером рассказывала племяннику сказки собственного сочинения. Были летние каникулы. Месяц мы жили в доме его бабушки в подмосковном посёлке.
В тот день мы почти до вечера остались на участке вдвоём, поскольку бабушке надо было отлучиться по неотложным делам, а других взрослых не было.
Обычно племянник меня во всём слушался, и никаких проблем у нас с ним не возникало. Но тут на него что-то нашло, он баловался, капризничал, мои замечания игнорировал.
Я точно помню, что в чтении того периода у меня как раз наступило увлечение народными славянскими сказками. Не теми, прилизанными, что обычно выдают за народное творчество, а настоящими хоррорами с отрубленными головами, ведьмами, вурдалаками, сдиранием кожи, каннибализмом и прочими прелестями тяжёлой средневековой жизни.
Поэтому я, недолго думая, решила применить полученные знания на практике. Нет-нет, не сварить живьём и не отрубить пару пальчиков в наказание.
— Ах, так! Раз ты меня не слушаешься, то посмотрим, как тебе будет с другими! — сказала я, сгребая племянника в охапку и выходя с ним на крыльцо дома.
Участок располагался с краю, дом стоял спиной к улице, крыльцом на небольшой заросший пруд, поле и дорогу за ним. По забору густо росли кусты, так что единственный прилегающий соседский участок видно не было. Стояла обычная летняя погода. Было тепло, солнечно, щебетали птицы. Отличная погода для гуляния и игр, а вовсе не для ссор.
Стоя на крыльце (дальше я не стала идти, потому что племянник, хотя и маленький, был тяжеловатый, не натаскаешься), я устремила грозный, как мне казалось, взгляд в сторону заросшего пруда и громко, с выражением (говоря словами народных сказок, — зычно) продекламировала: «Ой, вы, силы нечистые, твари поганые! Водяные, лешие, бабы-яги! Забирайте непослушного мальчишку себе, мне он не нужен! Вам отдаю!»
На самом деле я плохо помню, что именно я декламировала. Я была взбешена и всего лишь хотела проучить непослушного мальчишку, припугнув его. И придумывала на ходу, как обычную вечернюю сказку, выискивая наиболее сильные пассажи. Но потом что-то изменилось… Слова лились без остановки. Призывы, взятые словно откуда-то и одновременно ниоткуда, сочинялись сами собой и так же мгновенно пропадали из памяти.
Племянник, ребёнок смышлёный, сначала слушал скептически, но потом замер, напрягся, перестал вырываться и обхватил меня руками.
Да и я сама, уже было вошедшая в раж, начала сбавлять обороты, пока не притихла.
Только что, когда мы вышли на крыльцо, было солнечно, безветренно и ясно. Но по мере моего завывания внезапно откуда-то набежали тучи, резко потемнело и, главное, ветер… Это прилетел настоящий ветрище, который рвал на нас одежду, толкал с крыльца, гнул деревья и кусты на участке.
Если бы из-за тёмной полосы леса сразу за полем появились какие-нибудь гуси-лебеди, я бы вообще не удивилась.
Когда очередной порыв буквально столкнул меня со ступеней, я просто-напросто развернулась и бросилась домой. Поразительно, что племянник больше не казался мне тяжёлым. Спастись бы, унести бы ноги и своё унести!
Захлопнув и заперев дверь, я опустила несчастного ребёнка на пол, и он с диким рёвом бросился под стол, где спрятался и отказывался вылезать.
Ему было очень страшно. Но дело в том, что очень страшно было и мне.
Снаружи бесновался ветер.
Сначала стукнул в одно окно. Оно задребезжало, противно так. Кто-то швырнул прямо в стекло горсть песка.
Потом задребезжало второе окно, угловое. И туда швырнули хорошей такой горстью песка. Надо ли говорить, что никакого песка на участке не было, только огородная земля?
Я подавила желание забраться к племяннику под стол.
И вдруг я подумала: а как же бабушка? Как она придёт, если там это… А ещё хуже: вдруг постучит бабушка, мы откроем, а на самом деле это вовсе не она…
Нужно было во что бы то ни стало прогнать их. Никого я им не отдам.
Кто позвал, тот и должен прогнать.
По-хорошему я обязана была выйти наружу одна. Но я трусила. Трусила всего лишь высунуться из двери и сделать вид, что кого-то там прогоняю. Как обязательно поступила бы, если бы продолжала играть. Если бы это была только для племянника.
Но я уже давно перестала выдумывать. Всё шло не по моему сценарию.
Поэтому я, изображая уверенность, смогла убедить маленького напуганного мальчика, что нам нужно выйти наружу именно вместе. А то мне не поверят.
Кто не поверит?
Я не вдавалась в подробности.
Племянник снова доверился мне. Возможно, он подумал, что у него нет выбора. На самом деле был… Или он тоже не захотел меня бросать одну…
Как бы то ни было, мы нарушили главное правило ужастиков — мы держались вместе.
Вцепившись друг в друга, медленно-медленно мы подошли к входной двери. Я хотела поставить малыша на пол, чтобы отпереть замок, но он уткнулся мне в шею и ни в какую не соглашался идти сам, тихонько всхлипывая и дрожа. Из-за этого мне было ещё страшнее. Лучше бы он орал.
Теперь я не знала, что нужно говорить. Пришлось подбирать свои собственные слова.
— Я передумала! Это мой мальчик, и я его никому не отдам! Убирайтесь, откуда пришли! Не получите ничего!
Ветер толкнул нас, зло, резко.
И внезапно стих.
Больше не гнулись деревья.
Наверняка это было просто совпадение, что, пока мы стояли на крыльце, проглянуло солнце, снова защебетали птицы. И будто не было никакого ветра. И не было никакой хмури. И небо такое ясное.
Совпадение. Совпадение?
Мы тихонько зашли в дом, заперли дверь и просидели в обнимку до прихода бабушки, не решаясь не то что выйти на участок, но даже входную дверь открыть, хотя погода вновь стояла великолепная и самая подходящая для игр и гуляния.
Ни в тот день, ни позже, ни год спустя мы ни разу это событие не обсуждали. Ни со взрослыми, ни друг с другом. И только сравнительно недавно, когда у нас обоих уже были дети, мой брутальный бородатый племянник спросил: «А вот ты помнишь?..» Ещё бы я не помнила!
И, хотя все детали мы запомнили одинаково, и оба пережили испуг, мой страх был гораздо сильнее. Потому что я была старше и точно знала, что такого быть не должно. Не может и не должно. Иначе стала бы я так рисковать своим любименьким мальчиком, да и вообще кем либо!
Не призывайте никого, с кем бы вы не могли бы справиться.
Но об этом уже совсем другая история (и книга)…

по следам Болотницы

Comments are closed.